Генетика: недруг эволюции

Высококвалифицированный биолог рассказывает обо всем как есть

Автор: Лейн Лестер (англ. Lane Lester)
Источник: creation.com
Перевод: Мария Лицкан
Редактура: Владимир Силенок, Татьяна Юревич

Генетика и эволюция были врагами с самого своего начала. Грегор Мендель, отец генетики, и Чарльз Дарвин, отец современной теории эволюции, были современниками. В то же самое время, когда Чарльз Дарвин утверждал, что одни организмы могли превращаться в другие организмы, то Мендель указывал на то, что даже индивидуальные особенности остаются неизменными. В то время как идеи Дарвина были основаны на ошибочных и непроверенных идеях о наследственности, заключения Менделя были основаны на тщательно проведенных экспериментах. Только игнорируя подтекст современной генетики, остается возможным поддерживать сказку об эволюции.

Чтобы помочь нам развить новую биологию, основанную на сотворении, а не на эволюции, позвольте нам привести некоторые свидетельства генетики, разделенные на четыре переменные: окружающая среда, рекомбинации, мутации и сотворение.

Окружающая среда

Фото: stockxpert.com

Она состоит из всех внешних факторов, которые влияют на организм в течение его целой жизни. Например, один человек может обладать более темной кожей, чем другой, просто из-за того, что он больше находится под воздействием солнечных лучей. Или у другого могут быть мускулы большего размера, из-за того, что он тренируется больше. Такие изменения, вызванные окружающей средой, в общем не имеют никакой важности для истории жизни, потому что они исчезают  после смерти их обладателей; они не передаются. В середине 1800-х некоторые ученые полагали, что изменения, вызванные окружающей средой, могли передаваться в следующие поколения. Чарльз Дарвин поверил в эту ошибку, и это, без сомнения, помогло ему верить в то, что одно существо могло превратиться в другое. Он объяснил происхождение длинной шеи жирафов: она появилась посредством «унаследованных воздействий в связи с частым использованием частей тела». [1] В сезоны, когда  количество пищи ограниченно, рассуждал Дарвин, жирафы вытягивали свои шеи к высоким листьям, что, предположительно, удлиняло их, и эта черта передавалась потомству.

Рекомбинация

Этот процесс вовлекает перетасовывание генов и является причиной того, что дети похожи на своих родителей, но не в точности идентичны им. Открытие принципов рекомбинации стало большим вкладом Грегора Менделя в науку генетики. Мендель показал, что в то время как особенности могли быть скрыты в одном поколении,  они обычно не были потеряны, и когда появлялись новые черты, то это было связано с тем, что их генетические факторы были там все это время. Рекомбинация позволяет происходить ограниченным изменениям в пределах созданных Библейских родов. Но она ограничена, потому что все изменения связаны с перетасовкой уже имеющихся генов.

Например, с 1800 года растениеводы стремились увеличить содержание сахара в сахарной свекле. И у них это очень хорошо получалось. Приблизительно за 75 лет селекционного выращивания стало возможным увеличить содержание сахара с 6% до 17%. Но улучшение прекратилось, и дальнейший отбор не увеличивал содержание сахара. Почему? Потому что все гены для производства сахара были собраны в один сорт, и никакое дальнейшее увеличение не было возможным.

Среди существ, за которыми Дарвин наблюдал на Галапагосских островах, была группа птиц, под названием вьюрки. В этой группе мы наблюдать изменчивость по внешности и в образе жизни. Дарвин предоставил, как я думаю, правильную интерпретацию того, каким образом вьюрки стали такими, какими они есть. Несколько особей были, вероятно, унесены к островам от южноамериканского материка, и сегодняшние вьюрки – это потомки тех первопроходцев. Однако в то время как Дарвин рассматривал вьюрков как пример эволюции, мы можем теперь считать их просто результатом рекомбинации в пределах единственного созданного Библейского рода. Вьюрки-первопроходцы принесли с собой достаточно генетической изменчивости, которая разделилась на то, что мы видим сегодня. [2]

Мутации

Впадшем мире, хищники, вроди этого тигра, нападая на животных с деффектами, могут помочь замедлить генетическое разложение, уничтожая эффекты мутаций.

Теперь рассмотрим третий источник изменений — мутации. Мутации – это ошибки в генетическом процессе копирования. Каждая живая клетка обладает сложными молекулярными механизмами, спроектированными для того, чтобы точно копировать ДНК, генетическую молекулу. Но как это бывает и с другими процессами копирования, иногда происходят ошибки, хотя и не очень часто. Раз на 10 000 — 100 000 копий  ген будет содержать ошибку. У клетки есть  механизмы для того, чтобы исправлять эти ошибки, но некоторые мутации все же проскальзывают. Какого рода изменения производятся мутациями? Некоторые не производят никакого эффекта вообще, или производят столь малый эффект, что они никак не влияют на животное. Но многие мутации существенно влияют на их владельцев.

Какого эффекта можно было ожидать от произвольных мутаций, от генетических ошибок, основываясь на модели сотворения? Мы ожидали бы, что почти все производящие изменения мутации будут вредными, делая существа менее приспособленными, чем прежде. И это предсказание подтверждено наиболее убедительно. Некоторые примеры помогают проиллюстрировать это.

Из-за мутации, у петуа не образовались перья. Такие деффекты, иногда могут быть полезными (например, если кто-то хочет выбрать таких животных, чтобы не общупывать перед готовкой?) , но они никогда не добавляют ничего нового. Нет мутации, которая могла бы показать, как появились перья или что-то подобное.

Генетики начали производить эксперименты с плодовой мушкой Drosophila melanogaster вскоре после наступления 20 века, и с 1910 года было идентифицировано около 3 000 видов мутаций. [3] Все эти мутации вредные или нейтральные; ни одна из них не приводит к улучшению дрозофил – именно так, как и предсказано моделью сотворения.

Но разве не существует положительных мутаций? Существуют. Положительная мутация – это такая мутация, которая позволяет ее обладателю производить больше потомков и делать больший вклад в будущие поколения по сравнению с теми, у кого ее нет.

Дарвин обратил внимание на бескрылых жуков на острове Мадейра. Для жука, живущего на ветреном острове, крылья могут стать недостатком, потому что более вероятно, что во время полета насекомое будет унесено в море. Мутации, приводящие к потере крыльев у жуков, могли быть полезными. Слепая пещерная рыба так же представляет собой подобный пример. Глаза весьма уязвимы, и организм, живущий в темноте, получил бы выгоду от мутаций, заменяющих глаз шрамоподобной тканью, таким образом уменьшая его уязвимость. В мире света, отсутствие глаз было бы большим недостатком, но не в темной пещере. В то время как эти мутации производят радикальное и выгодное изменение, важно отметить, что они всегда вовлекают потерю информации, а не ее увеличение. Никогда не наблюдается обратное явление, а именно, чтобы крылья или глаза появлялись у организмов, у которых никогда не было инфомации на их создание.

Естественный отбор является очевидным фактом — некоторые виды будут более успешными, чем другие, и таким образом они создадут больше потомства. Часто используемый пример естественного отбора – березовые пяденицы из Англии. Насколько известно, всегда существовало два вида мотылька — пятнистый и черный. В доиндустриальной Англии многие стволы деревьев были светлыми. Это обеспечивало маскировку пятнистой разновидности, и птицы успешнее охотились на черных насекомых. Собирание мотыльков свидетельствовало о наличии в основном пятнистых а не светлых разновидностей. Когда в Англии настал индустриальный период, загрязнение привело к потемнению стволов деревьев, так что разновидность черных мотыльков стала более замаскированной, а пятнистая стала более заметной. Вскоре можно было увидеть  намного больше черной моли, чем пятнистой [примечание редактора: см. «Прощайте, березовые пяденицы» для дополнительной информации].

При встрече популяции с изменением окружающей среды, как описано выше, или в результате перемещения на новый ареал обитания естественный отбор поощряет комбинации особенностей, которые сделают существо более приспособленным в его новой окружающей среде. Это можно было бы рассматривать как положительную роль естественного отбора. Отрицательная роль естественного отбора наблюдается в устранении или уменьшении вредных мутаций, когда они происходят.

Сотворение

Первые три источника изменений совершенно не способны объяснить сложность и разнообразие жизни, которую мы видим сегодня на Земле. Существенная особенность модели сотворения — это наличие  значительного генетического разнообразия изначально в каждом Библейском сотворенном роде. Только таким образом мы можем объяснять возможное происхождение лошадей, ослов и зебр от того же самого библейского рода; или львов, тигров и леопардов от того же самого сотворенного библейского рода; приблизительно 118 пород домашних собак, а также  шакалов, волков и койотов из одного сотворенного библейского рода. Поскольку каждый вид повиновался команде Создателя плодиться и размножаться, то случайные процессы рекомбинации и более направленного процесса естественного отбора заставили каждый сотворенный библейский род подразделяться на те множества, которые мы сегодня наблюдаем.

Ссылки и примечания

1. Darwin, C., The Origin of Species, 6thEdition, John Murray, London 1902, p. 278. Дарвин действительно рассматривал естественный отбор, как движущую силу а так же друге причины изменчивости, как важные факторы, участвующие в эволюции шеи жирафа, но не многие знают о том, что он полагался на наследование приобретенных признаков.
2. Было наблюдаемо, как различные виды галапагосских вьюрок, скрещиваются между собой, и это является прямым доказательством, что это один сотворенный библейский род.
3. Lindsley, D.L., and Grell, E.H., Genetic Variations of Drosophila melanogaster, Carnegie Institution of Washington, Publication No. 627, 1967.

 

Если вам понравилась статья, поделитесь ею со своими друзьями в соц. сетях!

ВАМ БУДУТ ИНТЕРЕСНЫ ЭТИ СТАТЬИ: