Семявыносящий проток— опровержение аргументов «плохого дизайна»

Автор: Е. ван Ниекерк (англ. 
Источник: creation.com 
Перевод: Алена Недоступ 
Редактор: Елена Бондаренко, Катерина Савченко

Семявыносящий проток является важной частью мужской репродуктивной системы. Однако недавно некоторые анти-креационисты критиковали тот «путь», которым он проходит в теле человека: якобы, он настолько непрямой, что ни один инженер не станет делать его таким неудачным способом. Однако анатомы уже привели веские доводы в пользу такого строения, включая повышенную подвижность семенников, позволяющую движения к телу и выхода из него для регуляции температуры. Критики также упустили из виду технические соображения, обеспечивающие достаточную длину для наращивания мощности и смешивания основных компонентов спермы, а также для предотвращения «овализации» (перегиб в мягкой трубе при изгибе).
_____________________________________________________

Семявыносящий проток (лат. vas deferens , «уносящий сосуд»; множественное число: vasa deferentia), также часто упоминаемый в медицинской литературе как ductus deferens, является жизненно важной частью анатомии многих самцов позвоночных животных. Он хранит и транспортирует сперму из яичка в пенис для оплодотворения в процессе размножения. Без него виды вымерли бы (некоторые мужчины добровольно стерилизуются, вырезая эту трубку и запечатывая отрезанные концы — т.н. вазэктомия, — или в настоящее время эти протоки перевязываются, чтобы предотвратить прохождение спермы).

Тем не менее, как и некоторые другие особенности строения, эволюционисты атаковали его петляющий обходной путь как «плохой дизайн». Хороший пример тому — Ричард Докинз:

«Семявыносящий проток — это трубка, которая переносит сперму из яичек в пенис … Он делает нелепый крюк вокруг мочеточника, трубы, которая несет мочу из почки в мочевой пузырь. Если бы это было задумано, никто не мог бы всерьез отрицать, что дизайнер допустил серьезную ошибку».[1]

Докинз почти высокомерно заключает, что:

«Подобные примеры, несомненно, подрывают позиции тех, кто жаждет “разумного замысла”».[2]

Плохое утверждение о плохом дизайне

Фундаментальным следствием того, что что-то было плохо спроектировано, является то, что оно плохо функционирует из-за этой конкретной конструкции. Однако Докинз и подобный ему тип эволюционистов просто утверждают, что ни один инженер не создал бы семявыносящий проток с таким обходным путем, и что это само по себе является доказательством плохого дизайна. Они не могут продемонстрировать, как этот обходной путь семявыносящих протоков на самом деле вредит или мешает мужской репродуктивной системе. Эта система на самом деле работает довольно хорошо; и если бы она работала плохо из-за этого, то, по собственным рассуждениям эволюционистов, естественный отбор отверг бы этот «замысел». Скорее всего, это ошибочный аргумент от личного недоверия; нечто, что Докинз пытается презирать, несмотря на его собственное использование.

Также мы должны извлечь уроки из предыдущих ошибочных утверждений Докинза о «плохом дизайне», включая отслаивающуюся сетчатку, простату и возвратный гортанный нерв. Анализ, выходящий за рамки поверхностной его (Докинза) оценки, доказывает, что эти органы очень хорошо спроектированы и что альтернативные предложения Докинза были бы гораздо хуже.[3] Как будет показано далее, это справедливо и для семявыводящего протока.

Некоторые предпосылки

Эмбриология

Рисунок 1. Изображение, неформально демонстрирующее обсуждаемые темы в тексте. Мочеточник также добавлен дополнительно к этой картине.

Многие особенности, которые мы наблюдаем, являются не результатом эволюционной истории, а результатом эмбриологического развития. То же самое происходит и с семявыносящими протоками. Ведь многоклеточные животные начинают свое существование как оплодотворенная яйцеклетка (зигота), которая затем становится эмбрионом. Для целей создания взрослого организма потребности растущего эмбриона так же важны, как и потребности взрослого человека.

Человеческие эмбрионы начинают развитие как морфологически диморфные по признаку пола (т. е. содержащие признаки обоих полов). Это так, потому что все они обладают в основном одной и той же генетической информацией, и эта информация экспрессируется максимально эффективно по мере развития эмбриона. Это и есть экономный дизайн. Например, у всех человеческих эмбрионов поначалу развивается как система Мюллерова протока (женская), так и система Вольфова канала (мужская), поскольку оба пола обладают генетической информацией для этих структур. Дифференциация, которая происходит позже, является результатом разработанных химических сигналов, которые управляют экспрессией генетической информации. Ген, определяющий мужской пол, находится в Y-хромосоме,[4] которая контролирует уровень секреции тестостерона и дигидротестостерона (ДГТ). Выше определенного уровня эти гормоны подавляют развитие системы Мюллерова протока, которая затем дегенерирует у мужчин, и способствуют развитию системы Вольфова канала, так что развиваются мужские характеристики. Действительно, семявыносящий проток — это одна из структур, которая образуется из Вольфова или первичнопочечного канала.[5] Ниже определенного уровня гормонов происходит обратное, и эмбрион начинает развивать женские структуры.[6]

Этот диморфизм также отвечает за развитие семенников и яичников из одной и той же структуры — гонадального гребня, находящегося недалеко от структур, дающих начало почкам. У мужчин яичко соединяется с мошонкой при помощи связки, называемой gubernaculum testis. Эта связка не растет, поэтому, когда ребенок растет и мошонка продвигается всё дальше, она тащит яичко за собой, и, в конечном итоге через паховый канал[7] (по причинам, объясненным ниже). Семявыносящий проток просто следует этим же маршрутом.

Онтогенез и филогенез

Из приведенной выше информации должно быть ясно, что направление семявыносящих протоков является результатом эмбрионального развития (онтогенеза), а не эволюционного развития или филогенеза (в противовес Докинзу), как, например, мужские соски.

Идея о том, что эволюционная история параллельна эмбриональному развитию, или «биогенетический закон», была изобретена мошенником Эрнстом Геккелем (1834-1919). Даже после неоднократных опровержений все еще есть ученые, которые пытаются реабилитировать Геккеля, чтобы укрепить свою эволюционную систему верований.[8,9] К сожалению, ошибочная идея «онтогенез повторяет филогенез» все еще имеет нездоровое влияние на умы людей.

Рисунок 2. Выходная мощность семявыносящего протока зависит от его длины. Численные значения приложенной силы F и временного интервала Δt были выбраны реалистично, но произвольно (и оставались постоянными, согласно основному тексту). Таким образом, значения выходной мощности также произвольны. Но важно обратить внимание на отображаемую тенденцию, которая не является произвольной. Чем длиннее семявыносящий канал, тем выше выходная мощность для одних и тех же значений силы и временного интервала. Длина, выбранная выше, начинается с длины в четыре раза короче фактической длины для семявыносящего протока (более или менее по Докинзу) и заканчивается фактической длиной – более или менее.

В эмбриональном развитии почки, а также мочевые и половые протоки тесно взаимосвязаны между собой. У амниот вообще,[10] и у человека в частности, три нефрические структуры (почки) сменяют друг друга. Это пронефрос (предпочка), мезонефрос (первичная почка – отсюда современное название мезонефрического протока) и метанефрос (вторичная почка). Эти структуры развиваются со связанными с ними системами протоков, которые отличаются друг от друга. Не только эмбрионы рыб и амфибий (и эмбрионы рептилий, птиц и млекопитающих), но и взрослые миксины, и некоторые виды костистых рыб демонстрируют систему пронефроса. Поэтому неудивительно, что некоторые источники утверждают или, по крайней мере, сильно намекают,[11] что это в какой-то степени связано с эволюцией нефрической системы. Однако в широко распространенном учебнике по физиологии тела позвоночных говорится:

«Часто утверждается или подразумевается, что эти три почки являются различными почками, которые сменяют друг друга филогенетически [в эволюционной истории этого создания], как и эмбриологически. Однако у нас нет оснований в это верить. Эти различия легко объяснимы по функциональным признакам; все три, по-видимому, являются региональными специализированными частями холонефроса, которые выполняют различные функции».[12]

Авторы продолжают объяснять:

«Активно растущий эмбрион должен выделять отходы жизнедеятельности. Когда почечные канальцы формируются антериально, они начинают процесс образования мочи. Формирование мочевой трубки для слива не может быть отложено до тех пор, пока не будет сформирована вся почка; антериальные канальцы просто не могут ждать так долго».[12]

Таким образом, более простая система почек и протоков необходима задолго до того, как будет практически возможно иметь полностью сформированную метанефрическую систему. Таким образом, более простая система не имеет ничего общего с эволюционной историей, а все зависит от потребностей эмбриона на ранней стадии. Это снова практичный экономичный дизайн.

Зоологическая цель

Существует лишь узкий температурный диапазон, в котором может происходить здоровый мужской гаметогенез (образование сперматозоидов). Одной из важных зоологических причин того, что семявыносящие протоки следуют именно по этому курсу, является тот факт, что сперма очень чувствительна к  температуре. Для регуляции температуры семенники перемещаются ближе или дальше от тела (в самой мошонке). Они будут двигаться ближе, чтобы повысить температуру, или дальше, чтобы понизить. Мошонка и яички способны делать это при помощи системы, включающей мышцу, поднимающую яичко (m. cremaster). Мышца окружает яичко и сокращается при воздействии холода (или во время сексуального возбуждения, чтобы защитить яичко), чтобы приблизить его к телу для согревания. Тепло же заставляет мышцу расслабиться, так что яичко двигается дальше от тела.[13,14] (Система терморегуляции также включает в себя мясистую оболочку (tunica dartos), которая находится под кожей мошонки.)

При семявыносящем протоке, использующем гораздо более короткие маршруты (как пытается проиллюстрировать рисунок 1), или прямом маршруте к пенису, как утверждает Докинз, «как любой разумный инженер спроектировал бы», эта важная функция была бы невозможна. Но при его существующем расположении есть достаточный запас подвижности, и семенники можно буквально «подвесить на веревочке», чтобы они двигались ближе к телу или отодвигались от него.

Вышеописанная причина была изложена мне моим собственным профессором зоологии позвоночных. К моему удивлению, когда я спросил его об этом якобы странном устройстве, он не стал рассказывать всю эту  эволюционную историю, но объяснил эту практическую цель, хотя он и является эволюционистом.

Это один из многих примеров того, как эволюция бесполезна для реальной биологии. Скорее, этот эволюционист задавал те же вопросы, что задал бы и и креационист: какие функции может выполнять эта структура? Кроме того, это показывает, что Докинз отстает даже от эволюционных экспертов в тех областях, о которых он говорит.[15]

Технические и биологические соображения

Есть и другие возможные объяснения хода семявыносящих протоков с инженерной, практической и биологической точек зрения.

Почему семявыносящие протоки не могут вести непосредственно к пенису?

Непрофессионалы могут задать себе этот, казалось бы, очевидный вопрос. Но (что удивительно, учитывая, что он в высшей степени компетентен в биологии), иллюстрация Докинза (см. рис.1 и 3) наивно предполагает, что это самый прямой путь к пенису (и подразумевает, что это лучший вариант для более прямого маршрута). Он намекает в тексте, что любой «здравомыслящий инженер» будет «перенаправлять» семявыносящие протоки подобным образом. Так почему же семявыносящие протоки должны вести к эякуляторным протокам, расположенным рядом с мочевым пузырем? Одна из причин заключается в том, что семя на самом деле состоит из нескольких «ингредиентов», некоторые из них должны добавляться различными железами, которые находятся на пути семявыбрасывающего протока и мочеиспускательного канала. К ним относятся семенные пузырьки, предстательная железа и железа Купера (бульбоуретральная железа). Только после того, как все они внесли свой вклад, конечный продукт спермы готов к выполнению своего назначения.

Еще больше проблем с прямыми маршрутами

Объем и бесплодие

Интересный фактор приходит на ум, когда мы размышляем о бесплодии у мужчин. Нормальное мужское семя обычно имеет более чем 100 миллионов сперматозоидов на миллилитр (мл). Среди отдельных людей могут быть большие различия, но правило более или менее таково:

  • люди, имеющие не менее 20 миллионов сперматозоидов/мл, или в общей сложности 50 миллионов на эякуляцию, скорее всего, будут фертильными
  • те, кто имеет 10 миллионов сперматозоидов/мл или меньше, скорее всего, будут стерильны.[16]

Как это согласуется с преимуществами более длинных семявыносящих протоков или недостатками у более коротких прямых семявыносящих протоков, о которых говорит диаграмма Докинза? Ответ заключается в объеме. Более короткий семявыносящий проток будет вмещать меньший объем. Более короткие семявыносящие протоки с меньшим объемом также означали бы, что может быть поставлено (намного) меньше сперматозоидов на единицу объема эякуляции. Это означает, что при значительно более коротком, предложенном Докинзом, семявыносящем протоке уровень бесплодия самцов, вероятно, будет намного выше. А по его эволюционному сценарию они не оставят много потомства, так что эта черта вряд ли сохранится.

Больше энергии  больше выполненной работы более высокая «мощность»

Для того чтобы любая жидкость могла перемещаться между точками А и В, необходимо иметь разность давлений или Δp между точками А и В. Если мы хотим, чтобы наша жидкость перемещалась из точки А в точку В, нам нужно иметь более высокое давление в точке А, чем в В. В литературе это иногда называют «градиентом давления». Это относится к изменению давления на расстоянии, или:

Однако в тепловых жидкостных сетях мы будем использовать насос с определенной «мощностью», чтобы создать разность давлений для транспортировки жидкости.  Для разных функций будут использоваться разные насосы с различными кривыми производительности и мощностью. В сети с более высоким сопротивлением и потерями, или в качестве альтернативы, где нам нужна более высокая скорость выхода (или бОльшие объемы воды) по сравнению с сетью, которая имеет более низкое сопротивление, потери и другие свойства, мы бы тщательно выбирали насос с более высокой «мощностью» (и более подходящей кривой производительности), где мощность определяется как работа, выполняемая насосом в единицу времени, или с более высокой производительностью:

Если бы на конце статической трубы был человеческий насос и твердая, жесткая труба, как ПВХ, то утверждения Докинза могли бы иметь смысл. Вместо этого семявыносящий проток представляет собой гибкий канал с относительно плотными окружающими мышцами. Они отвечают за создание необходимого Δp или повышение давления в семявыносящем протоке и придавание жидкости энергии с помощью перистальтических волн (см. ниже). Тогда возникает важный вопрос: как бы мы определили работу (и, в конечном счете, силу), выполняемую перистальтической волной в семявыносящих протоках  применительно к семени? Осмысленным образом выразить это может старое и наиболее знакомое определение:

«Работа, проделанная над частицей, равна силе, действующей на частицу в направлении движения (в данном случае обтекаемой), умноженной на расстояние, которое проходит частица».[17]

В математических терминах мы можем записать это следующим образом:

Для переменной силы мы пишем:

где F — чистая сила или ее компонент (Fcosθ с θ углом между направлением движения и силой), действующая на тело или частицу в направлении движения, и r1-r2, или s1-s1, конечный путь, по которому движется частица.

В качестве альтернативы, чтобы немного упростить, для постоянной силы, действующей на тело или частицу параллельно направлению ее движения, мы бы написали:

где d — расстояние, которое проходит тело или частица (и F — то же самое, что и раньше).

Определив все вышесказанное, мы можем теперь, возможно, попытаться определить «мощность» семявыносящих протоков. Зная, что мощность определяется произведенной работой, разделенной на выбранный интервал времени, мы можем теперь заменить формулу(ы) для работы на формулу мощности. Таким образом:

Опять же, чтобы немного упростить, мы можем написать для постоянной силы:

Определив вышесказанное, мы теперь можем посмотреть, почему более длинные семявыносящие протоки могут проявлять интересные функции. Если мы теперь сравним короткий и более длинный протоки, то увидим, что для одного и того же числового значения Δt или одного и того же временного интервала и одного и того же числового значения силы F, которое перистальтика может произвести, мы действительно можем получить большее числовое значение для D, потому что проток длиннее. Это означает, что мы получим более высокую выработку энергии с более длинным протоком, как показано на рисунке 2. С другой стороны, если у нас есть такой семявыносящий проток, как в своей иллюстрации легкомысленно предполагает Докинз (см. рис.3), который, скажем, в четыре раза короче, чем фактический проток, нам понадобится сила F в четыре раза больше численного значения, чтобы получить ту же самую генерацию энергии. Для того же самого протока с той же самой мышцей, только более короткого, это может быть просто невозможно. Таким образом, чем длиннее семявыносящий проток, тем выше мощность насоса, и семенная жидкость обладает большей кинетической энергией. Этот раздел показывает, что Докинз ошибся, рассматривая динамическую особенность как статическую, ошибку, которую он сделал раньше (с глазом).[18]

Зачем нам нужна более высокая мощность и больше кинетической энергии?

Поскольку энергия/работа / сила семявыносящих протоков — это новое соображение, точное или практическое назначение которого, возможно, еще предстоит выяснить. Тем не менее, есть несколько возможных теоретических преимуществ, которые мы можем обсудить, и, которые кажутся до некоторой степени очевидными.

Лучшее смешивание спермы

Как мы уже говорили, окончательная семенная жидкость(эякулят) состоит из нескольких продуктов нескольких желез. Семенные пузырьки поставляют около 60% от общего объема спермы.[19] Когда сперматозоиды, поступающие из семявыносящих протоков, и эякулят, поступающий из семенных пузырьков (а также из других половых желез), встречаются и смешиваются, сперматозоиды могут приобрести бо́льшую скорость и бо́льшую кинетическую энергию. Короче говоря, это может гарантировать, что сперматозоиды лучше смешиваются с продуктами других половых желез,  особенно семенных пузырьков, так что сперма становится более однородной. Есть веские причины, по которым это необходимо, как указал один медицинский эксперт:[20]

1. Дистальная часть придатка яичка и семявыносящие протоки содержат все сперматозоиды только в 10% эякулята. Поэтому хорошее смешивание необходимо для того, чтобы все сперматозоиды стали активными.

2. Семенные пузырьки сокращаются сразу после протока (который сокращается вместе с простатой), обеспечивая, насколько это возможно, чтобы мочеиспускательный канал был очищен от всех сперматозоидов. Семенные везикулярные выделения составляют около 60% эякулята, простаты — около 30%, причем небольшие вклады других желез поступают непосредственно в простатическую уретру, и все они находятся в одной и той же области. Любое другое предложение по переориентации семявыносящего протока должно обеспечивать эффективное смешивание. Компоненты спермы очень сложны и должны выполнять множество последовательных функций, чтобы доставить активные жизнеспособные сперматозоиды в нужное место в нужное время.

3. Сперматозоиды неактивны из-за множества факторов, присутствующих в жидкостях семявыносящего протока, главным образом его рН (умеренно кислый). Они становятся активными в нейтральной или слабощелочной среде, обеспечиваемой смешиванием со щелочными жидкостями предстательной железы и семенных пузырьков. Эякулят имеет рН 7,5 (слегка щелочной). Так что в этом вопросе очень важно правильное смешивание.

4. Вагинальные выделения обычно кислые (рН 3,5-4,0). Таким образом, если сперматозоиды не будут хорошо защищены путем смешивания с семенной жидкостью, они будут страдать от чрезмерного истощения, ещё прежде чем осесть в виде семенного коагулята, вблизи шейки матки.

Эякуляция

Рисунок 3. Иллюстрация семявыносящего протока и почки из книги Докинза «Самое грандиозное шоу на Земле». Обратите внимание на неправильное соединение семявыносящих протоков с мочеиспускательным каналом.

Общий процесс эякуляции относительно сложен и состоит из нескольких субмеханизмов, каждый из которых действует в нужное время и в нужном месте. Этот процесс можно разделить на несколько этапов. Например:

«Эмиссия: это симпатическая реакция, при которой сперма осаждается в простатической части уретры через семявыводящие протоки, сразу после того, как начинатся перистальтика в семявыносящих протоках.

Эякуляция: это фаза, когда семя извергается через наружное отверстие уретры (после прохождения через уретру). Этот процесс включает в себя несколько механизмов, таких как периуретральные мышцы (мышцы, окружающие мочеиспускательный канал), выполняющие серию ритмичных, непроизвольных сокращений, которые выталкивают сперму. Сфинктер пузырьков на шейке мочевого пузыря также плотно закрывается во время этого процесса, чтобы предотвратить “смывание” эякулята обратно».[21,22]

Из всего вышесказанного видно, что общий процесс эякуляции достигается не одним-единственным механизмом, а группой функций, работающих совместно.

Однако существует вероятность того, что более высокая мощность семявыводящих протоков, дающая сперматозоидам более высокую скорость выхода, может помочь сперме правильно осаждаться в уретру во время фазы выброса.

Потенциальные перекрытия потока на более жизнеспособных прямых маршрутах

Что же тогда относительно маршрутов, которые действительно соединяются с эякуляционными протоками, но все же более прямые и не образуют таких петель? (см. вымышленные предложения на рис. 1) даже при таком подходе мы теоретически можем указать на некоторые недостатки и заметные проблемы. Конечно, это также отрицает преднамеренные преимущества, которые могут иметь длинные семявыводящие протоки, как указывалось выше.

Некоторые предпосылки

В тепловых жидкостных сетях, с которыми работают инженеры на шахтах и заводах, в основном используются трубы, изготовленные из твердых и жестких материалов, таких как ПВХ, сталь, бетон и так далее. Однако «трубки» и протоки в нашем теле, включая семявыносящие протоки, являются мягкими и гибкими трубками. Это также должно быть сделано для того, чтобы их содержимое можно было транспортировать и перенаправлять при помощи перистальтических волн (см. ниже). Все это хорошо работает, но есть еще один фактор, который необходимо учитывать.

Если мы возьмем что-то вроде домашнего шланга, обычно используемого в наших садах, и из прямой линии в 180°, согнем его чтобы получить прямой угол (90°), что произойдет? Сможет ли вода по-прежнему течь через наш шланг? Можно ли пить из сильно изогнутой соломинки?

Рисунок 4. Поперечное сечение семявыносящего протока под микроскопом показывает некоторые гистологические особенности. Обратите внимание на «стенку тела» семявыносящего протока с его толстой трехслойной мышечной оболочкой, важной для перистальтики, и внутренним эпителием или слизистой оболочкой. (Из Kerr28) Фото: Wikipedia/Jpogi

Ответ таков: Нет, вряд ли. Это происходит потому, что шланг, как и протоки в теле животных, сделан из более мягкого материала, и по мере того, как эти трубочки изгибаются, площадь поперечного сечения на изгибе уменьшается, что в свою очередь увеличивает сопротивление и в конечном итоге ограничивает поток жидкости. У мягких трубочек есть проблема –  уменьшение площади поперечного сечения при изгибе, что может привести к перекрытию потока. Это явление известно в инженерных кругах как «овализация».

В трубы из твердых материалов вставляются заранее подготовленные изгибы, «колена», поэтому площадь поперечного сечения остается постоянной и, таким образом, вода не перекрывается (хотя, что интересно, это также часто увеличивает так называемые вторичные потери).

Семявыносящие протоки будут иметь точно такую же проблему «овализации», как и другие искусственные мягкие трубки. Иначе обстоит дело с очень гибкими мягкими трубками в нашем теле, такими как тонкий кишечник, потому что они имеют структуры, аналогичные предварительно созданным человеком «коленам».[23] Но это не будет хорошо работать с семявыносящим протоком, так как семявыносящий проток немного вытягивается вперед и назад при движении семенников. Таким образом, возникнет компромисс с гибкостью, необходимой для терморегуляции. Кроме того, семявыносящие протоки имеют самое высокое соотношение мышц к просвету среди всех полых внутренних органов тела. Это означает, что толстая мышечная стенка тела (см. рис. 4) семявыносящего протока может очень легко и быстро закрывать или перекрывать просвет, через который должна двигаться жидкость в семявыносящем протоке, когда он значительно изгибается.

Два гипотетических более прямых маршрута ясно показывают проблемы в отношении перекрытия, по крайней мере, в двух гипотетических участках, где семявыносящий проток потенциально может закрыться из-за изгиба. (См. рис. 1). Во время полового акта существует вероятность того, что угол β (на рисунке 1) будет уменьшаться, создавая изгиб трубки и проблему перекрытия потока.

Но настоящий семявыносящий проток в его существующем положении удивительно прямолинеен и полностью избегает этой проблемы! Даже ещё меньший β — это вообще не проблема с существующей конструкцией семявыносящего протока.

Непроходимость перистальтической волны

Перистальтика — это мышечное действие, которое перемещает полутвердое вещество в человеческом теле из одного места в другое, например, через пищеварительный тракт. Это происходит с помощью перистальтической волны, которая сжимается (и закрывается) позади вещества, а затем расслабляется на другой стороне, продвигаясь вдоль канала. Таким образом вещество продвигается по каналу. Также при помощи перистальтики сперма в семявыводящих протоках транспортируется к эякуляторным протокам.

Мы уже видели, что другие, более прямые пути, по которым проходят семявыносящие протоки, могут вызывать изгиб. Я предполагаю, что такие изгибы, даже если они не полностью закрыты, действительно могут препятствовать или значительно ослаблять перистальтическую волну. Это происходит потому, что изгиб может нарушать способность протока закрываться и открываться посредством сокращения и расслабления в нужном месте, в нужной последовательности и в нужное время.

Проверка гипотезы яичек эволюционистов

Еще один эволюционист, который пытался приспособить анатомию семенников и семявыносящих протоков к эволюционным рамкам, — это не кто иной, как Стив Джонс (Steve Jones), британский генетик-антикреационист. В декабре 2011 года он написал статью для газеты Daily Telegraph (Великобритания), в которой жаловался на то, что многие его ученики не принимают дарвиновскую эволюцию. Он написал:

«В те счастливые дни [когда наши предки были рыбами] яички находились глубоко внутри тела, близко к печени (как и сейчас у наших морских собратьев). Они были соединены с внешним миром парой прямых трубок. Затем последовал выход на сушу и переход от холодной крови к теплой. Это имело много преимуществ, но поставило несчастного самца перед проблемой, поскольку тонкий механизм для производства спермы лучше всего работает при низких температурах, возможно, чтобы уменьшить количество ошибок, делающихся при копировании ДНК.

Решение было грязным компромиссом, в котором яички мигрировали на юг и появились в их нынешнем виде в элегантном внешнем мешочке (что делает их, как я никогда не забываю указывать студентам, как в прямом, так и в переносном смысле самой крутой частью тела любого мужчины[в английском языке, слово cool переводится как прохладный и как крутой или класный в зависимости от контекста])».[24]

Есть несколько проблем с этими несущественными словами, сказанными  лишь бы произвести впечатление. Во-первых, возникает вопрос, как семенники могли бы заранее знать в течение какого-то определенного периода времени, что они должны были «мигрировать на юг», чтобы в конечном итоге сподобиться выйти из тела и внести свой вклад в оплодотворение. В конце концов, эволюция — это слепой и бесцельный процесс, который не имеет конечной цели, и яички, находящиеся «глубоко внутри тела, близко к печени», должны были бы иметь цель, чтобы в конечном итоге «выйти» в мошоночный мешочек. Таким образом, сам Джонс демонстрирует невежество в отношении нецелесообразности/бесцельности дарвиновской эволюции.

Но есть еще одна пресловутая палка в колесе. Конечно, у монотрем/однопроходных, предположительно примитивных яйцекладущих млекопитающих, есть внутрибрюшные семенники (таким образом, они вообще не находятся в мошонке). Однако так же поступают и некоторые плацентарные млекопитающие — как маленькие, такие как землеройки, ежи и кроты, так и некоторые очень крупные млекопитающие, такие как гиппопотамы и слоны.[25] Как же тогда, если все млекопитающие произошли от общего предка, температура может быть движущей силой отбора (как будто одного этого достаточно) для того, чтобы семенники опустились за пределы тела, если есть ясные примеры того, как млекопитающие прекрасно справляются с теплыми внутренними семенниками?

Конечно, креационисты не придерживаются идей ни об общем происхождении всех млекопитающих, ни о том, что эти структуры возникли в результате чисто естественных процессов de novo. Таким образом, мы знаем, что сперматогенез у большинства млекопитающих действительно тормозится при более высоких температурах. Однако с креационистской точки зрения тот факт, что у горстки млекопитающих есть внутренние яички, не является парадоксом: все млекопитающие не эволюционировали от одного общего предка. Одна из возможностей состоит в том, что Бог создал несколько избранных млекопитающих с внутренними семенниками, где более высокая температура не является проблемой, чтобы разрушить домыслы аккуратной эволюционной истории.[26] Эта проблема не прошла мимо Докинза, поскольку он пишет (курсив мой):

«… когда яички опустились до своего нынешнего положения в мошонке (по причинам, которые неясны, но часто считаются связанными с температурой)…».[27]

Если Докинз не уверен в причине, по которой семенники опустились до их нынешнего положения, то он не может поспешно нападать на не-эволюционистов по этому вопросу или утверждать, что «ни один дизайнер не спроектировал бы его таким образом». Он, кажется, даже не знает, почему «эволюция» якобы сделала это.

Ещё и неверная иллюстрация …

Как будто Докинз и Джонс уже не проявляют достаточного невежества, есть и еще одна последняя критика Докинза. В своей книге «Самое грандиозное шоу на Земле» он дает своим читателям иллюстрацию, которая, как предполагается, показывает, как «эволюция просто продолжала удлинять семявыносящий проток при очень малых предельных затратах» (см. рис. 3). Иллюстрация выглядит аккуратной, но на самом деле неверна, что подрывает аккуратность эволюционной истории, которую рисунок пытается «нарисовать» в сознании читателей. На иллюстрации Докинза семявыносящие протоки соединяется в мочеиспускательном канале   полового члена (лат. urethra – часть мочеиспускательного канала, проходящая через пенис). Это совсем не то место, где семявыносящий проток соединяется с мочеиспускательным каналом на самом деле. Вместо этого он соединяется высоко позади мочевого пузыря у семенных пузырьков и выше простаты. Семявыносящие протоки фактически никогда не соединяются непосредственно с мочеиспускательным каналом (не говоря уже о мочеиспускательном канале полового члена). Конечно, это не самое серьезное обвинение против Докинза, но если бы любой из креационистов допустил подобную ошибку в аргументе, который они пытались бы выдвинуть, эволюционисты, вероятно, размахивали бы им как доказательством невежества креационистов в вопросах анатомии. Так что вполне справедливо указать на это.

Вывод

Должно быть ясно, что обвинения, выдвинутые против конструкции семявыносящих протоков, довольно легкомысленны, и поэтому предложенная Докинзом альтернатива является такой же. Семявыносящий проток не только является наследием необходимого эмбрионального развития, но и имеет еще более интересные преимущества в своей конструкции. Некоторые из них прямолинейны и достаточно хорошо известны анатомам. Другие, выдвинутые здесь предложения, касающиеся механики жидкости, являются новыми. Но даже если некоторые из них могут потребовать пересмотра в более позднее время, другие уже давно известны информированным эволюционистам и достаточно сильны, чтобы общая картина оставалась неизменной. Есть надежда, что объединенные, эти аргументы побудят коллег-креационистов серьёзно задуматься, чтобы еще больше опровергнуть такие «плохие утверждения о плохом дизайне» для других структур, но также и в отношении семявыносящих протоков. Утверждения о том, что они плохо спроектированы или даже просто являются наследием эволюционной истории, не выдерживают пристального и тщательного изучения.

Благодарность

Автор хотел бы поблагодарить следующих лиц: д-ра Джонатана Сарфати (Jonathan Sarfati) за его значительный вклад в эту работу и настойчивое поощрение к написанию и завершению этой работы. Без его вклада эта работа, вероятно, была бы невозможна. Спасибо также доктору Карлу Виланду (Carl Wieland) за его важные медицинские выводы и проверки, а также доктору Эндрю Ходжу (Andrew Hodge).

Ссылки и примечания 

1. Dawkins, R., The Greatest Show on Earth: The Evidence for Evolution, Free Press, New York, p. 364 2009. Return to text.
2. Dawkins, ref. 1, p. 365. Return to text.
3. See for example Sarfati, J., The Greatest Hoax on Earth? Refuting Dawkins on Evolution, ch. 15, Creation Book Publishers, Atlanta, GA, 2010. Return to text.
4. Mitchell, B. and Sharma, R., Embryology: An illustrated Colour Text, Elsevier/Churchill Livingstone, Philadelphia, PA, p. 51, 2005. Return to text.
5. Langman, J., Medical Embryology, 3rd edn, Williams and Wilkins, Baltimore, MD, p. 181, 1975. Return to text.
6. Bergman, J., Is the human male nipple vestigial? J. Creation 15(2):38–41, 2001. Return to text.
7. Langman, ref. 5, pp. 188–189. Return to text.
8. Such as Richards, R.J., Haeckel’s Embryos: Fraud not Proven, Biology and Philosophy 24:147–154, 2009 | DOI 10.1007/s10539-008-9140-z; Published online: November 2008. Return to text.
9. van Niekerk, E., Countering revisionism—part 1: Ernst Haeckel, fraud is proven, J. Creation 25(3):89–95, 2011. Return to text.
10. Амниоты — это группа позвоночных животных, у которых эмбрион и плод подвешены в наполненном жидкостью мешочке, называемом амнионом. Амниоты включают рептилий, птиц и млекопитающих.
11. For example: Hickman, C.P., Roberts, L.S., Keen, S.L., Larson, A., I’Anson, H. and Eisenhour, D.J., Integrated Principles of Zoology, 14th edn, McGraw–Hill, Boston, MA, p. 673, 2008. Return to text.
12. Romer, A.S. and Parsons, T.S., The Vertebrate Body, 6th edn, Saunders College Publishing, Philadelphia, PA, p. 407, 1986. Return to text.
13. Jindal, S.K., Introduction to Animal Physiology, p. 198, New India Publishing Agency, New Delhi, 2011. Return to text.
14. Van Der Graaf, K.M. and Fox, S.I., Concepts of Human Anatomy and Physiology, 4th edn, WCM /McGraw-Hill, Boston, MA, p. 845, 1999. Return to text.
15. Для другого примера смотрите Venter vs Dawkins on the Tree of Life — и Another Dawkins Whopper, evolutionnews.org, 9 марта 2011 года. Докинз делал свое распространенное ложное утверждение, что генетический код полностью универсален. Крейг Вентер (Craig Venter), известный работами в области искусственной жизни (см. creation.com/venter), указывает на то, что «микоплазмы (мельчайшие самовоспроизводящиеся бактерии) используют другой генетический код, который не будет работать в ваших клетках». Докинз был полностью застигнут врасплох.
16. Moore, K.L. and Persuad, T.V.N., The Developing Human—Clinically Orientated Embryology, 8th edn, Saunders Elsevier, Philadelphia, PA, pp. 29–31, 2008. Return to text.
17. Munson, B.R., Young, D.F., Okiishi, T.H. and Heubsch, W.W., Fundamentals of Fluid Mechanics, 6th edn, SI Version, Wiley, New York, p. 103, 2010. Return to text.
18. See Sarfati, ref. 3, p. 269. Return to text.
19. Guyton, A.C. and Hall, J.E., Textbook of Medical Physiology, 10th edn, Saunders Elsevier, Philadelphia, PA, pp. 916–922, 2000. Return to text.
20. Thanks to Dr Andrew Hodge for providing this information. Return to text.
21. Moore, K.L. and Persuad, T.V.N., The Developing Human—Clinically Orientated Embryology, 8th edn, Saunders Elsevier, Philadelphia, PA, p. 28, 2008. Return to text.
22. Roberts, M. and Jarvi, K., Steps in the investigation and management of low semen volume in the infertile man, Can. Urol. Assoc. J. 3(6):479–485, December 2009; ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2792416/; accessed 30 May 2012 Return to text.
23. Кроме того, в тонком кишечнике вещество, движущееся через него, имеет другую природу/состав, оно движется гораздо медленнее, а также использует другое движение кишечника в дополнение к перистальтике, называемое сегментацией. Последняя отличается от перистальтики тем, что она постоянно разделяет и сжимает пищу, перемещая ее вперед и назад. См.  Hickman et al. ссылка 11, стр. 714.
24. Jones, S., Islam, Charles Darwin and the denial of science. Все большее число студентов-биологов и медиков отвергают саму основу избранного ими предмета в пользу креационизма, The Daily Telegraph, 3 декабря 2011 года; telegraph.co.uk/, дата обращения 7 марта 2012 года.
25. Sodera, V., One Small Speck to Man—The Evolution Myth, 2nd edn, Vija Sodera Productions, p. 110, 2009. Return to text.
26. Это объяснение находится в русле теории биотических сообщений Walter ReMine. То есть свидетельства природы указывают на единственного Создателя, но с паттерном, который препятствует эволюционным объяснениям. См.  ReMine, W.J., The Biotic Message: Evolution Versus Message Theory, Saint Paul Science, Saint Paul, MN, 1993; see review: Batten, D., J. Creation 11(3):292–298, 1997; creation.com/biotic. Другие ученые-креационисты могут выдвинуть другие предложения и интерпретации.
27. Dawkins, ref. 1, pp. 364–365. Return to text.
28. Kerr, J.B., Atlas of Functional Histology, Mosby, London, p. 357, 1999.

Если вам понравилась статья, поделитесь ею со своими друзьями в соц. сетях!

ВАМ БУДУТ ИНТЕРЕСНЫ ЭТИ СТАТЬИ: